Российские мужчины и в импотенции ни на кого не похожи

Татьяна БАТЕНЕВА

Социологи известного агентства Wirthlin-Worldwide по заказу фармацевтической компании Ely Lilly провели международное исследование под названием «Мужчины, секс и эректильная дисфункция (ЭД): взгляд в зеркало».

Наряду с мужчинами из Австралии, Бельгии, Бразилии, Великобритании, Германии, Италии, Мексики, Саудовской Аравии, Тайваня, Франции и Швеции опросили и россиян. И выяснили: наши мужчины, как и все другие в мире, страдают эректильной дисфункцией или, как ее называли прежде, импотенцией, но и в этом недуге отличаются от иноземцев. Компания Ely Lilly любезно предоставила «Известиям» возможность первыми из российских СМИ познакомиться с результатами исследования.

Всего было проведено 973 интервью с мужчинами в возрасте от 40 до 70 лет, из них в России — 60. Заказывая исследования, компания, конечно, имела в виду прежде всего свои коммерческие интересы, изучение рынка. Но перед социологами было поставлено четыре задачи. Первая — разобраться, какие эмоции рождает проблема эректильной дисфункции у мужчин, страдающих этим расстройством. Вторая — понять, чего же им в этой жизни недостает с тех пор, как начались проблемы с эрекцией. Третья — выявить, как влияет, по мнению мужчины, его проблема на сексуальную партнершу. И лишь четвертая — узнать, какие недостатки видят в препаратах для лечения ЭД те мужчины, которые их принимают. А таких препаратов, помимо знаменитой виагры, на рынке уже несколько, и в ближайшее время ожидается выход новых.

Как и предполагалось, эректильная дисфункция оказывает сильное воздействие на качество жизни и самооценку мужчин. Подавляющее большинство респондентов считают, что она негативно влияет на их ощущение мужественности (84%), удовольствие от жизни (81%) и сексуальную активность (80%). Но российские мужчины в среднем ощущают ее негативное эмоциональное влияние сильнее (в некоторых случаях гораздо сильнее), чем респонденты в других странах.

Подавляющее большинство мужчин, страдающих от ЭД, считают, что в сексуальной жизни больше всего им недостает способности заниматься сексом естественно даже при соответствующем настроении. Большинство респондентов недовольны неспособностью чаще заниматься сексом (75%), необходимостью планировать секс и назначать время для него (75%) и частичной потерей приятных ощущений от секса после возникновения ЭД (71%).

Российские респонденты более всего сожалеют о неспособности чаще заниматься сексом (75%). Но гораздо меньше страдают от необходимости планировать секс и назначать время для него (45% против 75% от общего числа опрошенных по странам). Также меньшее число российских респондентов сожалеют о необходимости успеть завершить сексуальный акт до окончания действия препарата (53% против 62% от общего числа опрошенных по странам) или же о том, что до возникновения ЭД секс приносил больше удовольствия партнерше (52% против 61% от общего числа опрошенных по странам).

Помимо опроса мужчин, страдающих от ЭД, в рамках того же социологического исследования был проведен опрос 5431 мужчины, не страдающего от этого расстройства, в 10 странах (Австралия, Бельгия, Бразилия, Великобритания, Германия, Италия, Мексика, Россия, Саудовская Аравия и Франция). Опрашивая их, социологи хотели выяснить: какой секс они предпочитают, что считают возбуждающим и романтичным в отношениях с женщиной?

Мужчины, как страдающие от ЭД, так и не страдающие от этого расстройства, называют спонтанный секс более возбуждающим, чем запланированный. Хотя мужчины, страдающие от ЭД, оценивают запланированный секс гораздо выше, чем те, кому эта проблема незнакома, — возможно, потому что для них возбуждающим является любой секс. Российские мужчины старше 45 лет, страдающие от ЭД, считают одинаково возбуждающим как спонтанный, так и запланированный секс (58%), тогда как здоровые мужчины того же возраста находят более возбуждающим именно запланированный секс (50% опрошенных — за спонтанность, 57% — за планирование).

Что касается представлений о романтичности, то мужчины, страдающие от ЭД, считают более приятной прелюдией безмятежный вечер дома, нежели ужин в ресторане или вечер в театре. Не страдающие дисфункцией находят практически одинаково романтичными оба варианта. Российские мужчины старше 45 лет, как страдающие от ЭД, так и нет, считают романтичной прелюдией приятный вечер дома (79% и 70% соответственно) и не находят таковым вечер в городе.

Мужчины, которые в настоящее время проходят курс лечения от ЭД, в целом довольны своей сексуальной жизнью: 64% от общего числа опрошенных по странам заявили, что с началом лечения они так же или еще более довольны своей сексуальной жизнью, чем до того, как они начали испытывать проблемы с эрекцией. У российских респондентов ситуация иная: большинство мужчин, проходящих курс лечения от ЭД, говорят, что они получают меньше удовольствия от секса, чем было до возникновения проблем с эрекцией. Однако надо иметь в виду, что многие мужчины не могут уверенно ответить на вопрос о влиянии их состояния на партнершу (показательно, что 40% респондентов вообще не ощущают никакого влияния ЭД на свою сексуальную жизнь!).

Российские мужчины значительно более уверенно признают влияние ЭД на их сексуальную жизнь в следующих аспектах: партнерша больше не может их соблазнить (65% против 38% от общего числа опрошенных по странам), партнерша считает, что секс стал механистичным (60% против 46%) и что лечение контролирует жизнь обоих (57% против 44%), партнерша полагает, что больше не может инициировать секс (55% против 43%).

Одинаково ли смущаются мужчины, сообщая партнерше о своих проблемах с эрекцией? В этом разницы между российскими респондентами и общей выборкой по странам нет. Средний результат по шкале от (1) — «совершенно не смущался» до (5) — «очень смущался» составил 3,2 балла. Как в России, так и в среднем по миру, 12% мужчин вообще не сообщали партнерше о появлении такой проблемы.

Мужчины, страдающие от ЭД, в целом удовлетворены существующими способами лечения, но отмечают и некоторые недостатки: лечение выступает постоянным напоминанием о расстройстве (76% респондентов), оно делает невозможным спонтанный секс (76%), их сексуальная жизнь в период лечения не приходит в норму (75%), они не всегда уверены, что смогут заняться сексом в желаемое время (73%). Российские респонденты гораздо более склонны отмечать, что лечение является или являлось постоянным напоминанием о расстройстве (95%), однако гораздо реже признают, что они не контролируют или не контролировали свою сексуальную жизнь (55% против 69% от общего числа опрошенных по странам).

Результаты исследования показывают не только сложность психологических переживаний, связанных с такой проблемой, как импотенция. Они еще раз характеризуют российских мужчин как самобытных, не похожих ни на каких других мужчин в мире, что и не требовалось доказывать. По крайней мере — российским женщинам.

По материалам Известий, 17.10.2003